Страдание святых мучеников Фронтасия, Северина, Севериана и Силана

Святой Фронтасий, Северин, Севериан и Силан были отправлены первым Петрагорийским епископом Фронтоном1 проповедывать слово Божие. Во время проповеди их схватил игемон Сквиридон и допрашивал:

— Скажите мне: откуда вы и какими именами называетесь? Ибо вы не только не принесли жертв богам, но отклонили от этого многих других и разрушили даже храмы богов. Скажите же, коею властью вы делаете так?

Они отвечали ему:

— Зачем ты допрашиваешь нас, игемон, будучи чужд божественной добродетели? уже не стремишься ли ты уничтожить правое дело? Тогда, прежде чем приступить к исполнению намерение своего, рассуди: кто сотворил твою душу и тело? Ведь языческие идолы — изделие человеческих рук и не могут ни себе принести пользы, ни иным помогать, тем более творить что-либо.

— Я вижу, — сказал Сквиридон, — что вы дерзки и многоречивы, наученные всякому пустословию от вашего Учителя.

— Наши слова исполнены истины, — отвечали Северин и Севериан, — ты же почитаешь идолов, которые суть камни, поставленные демонами; они — глухи, немы и пусты.

— Оставьте свои рассуждения, — прервал их Сквиридон, — и если хотите остаться в живых, принесите жертву богам.

— Наше приобретение заключается в том, — отвечал Фронтасий, — дабы жить и умереть за Христа!

После того игемон, обратился к Силану, умевшему играть на гуслях, благозвучных кимволах и лирах, и спросил его:

— А ты, юноша, почему не приносишь жертву богам?

— Я приготовился, — ответил святой Силан, — принести себя в жертву Господу моему Иисусу Христу, Который благодатью крещения омыл мир от греховной скверны.

— Каким образом омыл? — спросил игемон.

Силан отвечал:

— Господь мой Иисус Христос сказал Своим ученикам: «идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа» (Мф. 28:19), «Кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет» (Марк 16:16). Таким образом и ты, игемон, если уверуешь во Христа и крестишься — будешь спасен, если же не уверуешь — осужден будешь.

Разгневавшись, игемон приказал вывести их на место казни за город и подвергнуть жесточайшим мучениям. При этом, мучители вонзили в головы мучеников железные гвозди, по подобию тернового венца Спасителя нашего, и пригвоздили их к столбу. В голове каждого было по девяти гвоздей. Но жестокая ярость мучителей не могла отвратить от Христа Его воинов. После того как игемон не мог препобедить святых означенными мучениями, он сделал относительно их последнее решение — повелел отсечь им головы. Тогда святые мученики, преклонив на землю свои колени и препоручив Богу свои души, подставили выи палачам и восприяли мученическую кончину за исповедание имени Христова. Нечестивые воины, усекнувши главы мучеников, бросили их тела для поругания на землю, оставив честные останки без погребения. Но божественная сила совершила при этом следующее чудо.

Тела святых, при внезапном наитии на них святого Духа, — ожили, и каждое, взявши в руки лежавшую по близости свою голову, без всякой человеческой помощи встало на свои ноги и таким образом пришло к реке, называемой Ил. Вступив здесь на воды, ожившие тела мучеников шли по ним, как бы по сухой земле. Перейдя затем реку, на виду у многих, в изумлении наблюдавших чудо, они взошли на высокий холм. Тут они дошли до церкви Пречистой Богоматери Девы Марии, в которой молился святой епископ Фронтон. Святые мученики вошли внутрь церкви и, преклонив колена, сложили свои головы пред ногами епископа, а телеса свои крестообразно распростерли на земле, и они снова стали мёртвыми. Тогда святой епископ Фронтон, с пресвитером Анианом и при участии многочисленного народа, с почётом и песнопениями, предал погребению в вышеозначенном храме Фронтасия, Северина и Силана. Севериана же, по просьбе некоей благоговейной женщины, он с почетом похоронил в другом месте, находившемся в ее владениях, неподалеку от святых сострадальцев его.

Святые мученики пострадали в царствование римского императора Клавдия2, прославив своими делами и твёрдым исповеданием Господа нашего Иисуса Христа, Которому со Отцом и Святым Духом честь и слава во веки. Аминь.

________________________________________________________________________

1 Петрагорийская епископская кафедра иначе называлась Перическою. Город Перичев находился в южной Галлии.

2 Римский император Клавдий царствовал с 41 по 54 г.

 

Праведные Марфа и Мария Вифанские, сестры Лазаря Четверодневного

Дни памяти

(переходящая) — Неделя свв. жен-мироносиц

4 июня

 

Марфа и Мария, вместе со своим братом Лазарем, были особо любимым семейством Господа Иисуса Христа. Однажды сестры сподобились принять Его в своем доме в Вифании. Марфа отличалась от своей сестры живым подвижным характером и принялась хлопотать о приготовлении угощения Гостю, тогда как Мария села у ног Иисуса и слушала Его слово. Когда Марфа обратилась к Господу чтобы Тот сказал сестре помочь в готовке, Иисус ответил поучением о «едином на потребу» — о той «благой части,» которую избрала Мария, вникая в Божии наставления (Лк. 10, 38-42).

Когда Лазарь заболел, сестры призвали Христа, но Господь пришёл в дом скорбящих сестер лишь на четверный день после кончины Лазаря. Марфа одна поспешила Ему навстречу, тогда как Мария сидела дома в великой горести. После того как Господь уверил Марфу о том что Лазарь воскреснет, она привела к Нему Марию и та пала к ногам Господа со слезами. За этим последовало чудесное воскресение Лазаря (Ин. 11, 1-46).

После этого великого чуда, за шесть дней до Пасхи, Христос устроил в доме Лазаря вечерю, на которой Марфа служила (Ин. 12, 2). На этой вечери Мария помазала ноги Господа драгоценным миром и утёрла их своими волосами. На возражение Иуды о такой непомерной трате, Христос указал на то, что это помазание предзнаменовало Его погребение (Ин. 12, 1-8).

По свидетельству Предания, Марфа и Мария затем были в числе жен-мироносиц у гроба Спасителя.

После изгнания праведного Лазаря из Иерусалима, праведные сестры помогали своему брату в благовествовании Евангелия в разных странах. О времени и месте их мирной кончины сведений не сохранилось.

По материалам сайта: https://drevo-info.ru/articles/17533?ysclid=mqhjdgu052614450480

 

Тропарь праведных Марфы и Марии, глас 3

Праведнаго Лазаря боголюбивыя сестры, / Марфо и Марие преславныя, / чистым сердцем Христа в житии вашем возлюбили есте, / мироносиц вземша чин, / и Его, яко Сына Божия, безбоязненно исповедали есте: / сего ради ныне во обителех Отца Небеснаго / со ангелы и всеми святыми славно царствуете. / Умолите, Егоже возлюбили есте, / и нам грешным в вере и любви Христове утвердитися / и Царствия Небеснаго сподобитися.

 

Страдание святого мученика Конкордия

В царствование императора Антонина1 в городе Риме было возбуждено столь жестокое гонение против христиан, что никому, — если он не принесет жертвы богам, — ничего нельзя было ни купить, ни продать. Тогда в городе Риме проживал некий муж по имени Конкордий. Он происходил из благородного дома. Отец Конкордия, Гордиан, состоял в священном сане и был пресвитером. Имея сына Конкордия, Гордиан научил его разумению Священного Писание и веры Христовой. Поэтому епископом римским Пием, — который претерпел мучение за Христа в царствование императора Марка Аврелия2, Конкордий был поставлен в иподиаконы. Сей блаженный муж, вместе с Отцом своим, день и ночь упражнялся в посте и молитве; сверх того они щедрою рукою подавали милостыню убогим и всем нуждающимся. С своей стороны они просили у Господа даровать им возможность избегнуть жестокостей воздвигнутого на христиан гонения.

Однажды блаженный Конкордий сказал своему отцу:

— Господин мой! если ты не будешь иметь ничего против моего намерения, то дай мне благословение отправиться к святому Евтихию и поселиться с ним на короткое время, пока прекратится свирепство врага нашего, императора Антонина.

— Пробудем лучше здесь, чадо, — сказал на эту просьбу Конкордия отец, — дабы и нам получить от Господа венцы мученические.

Блаженный ответил:

— Мученический венец я могу получить везде, где благоволит Христос Бог, — посему позволь мне исполнить мое намерение.

После этих слов отец отпустил его, и Конкордий удалился к родственнику своему Евтихию, который тогда находился в своем имении на Саларийской дороге, близ города Требула3.

Принявши Конкордия с большою радостью, блаженный Евтихий стал воздавать благодарение Богу, и они вместе пребывали на том месте, упражняясь в посте и молитвах. Сюда приходили к ним многие, одержимые различными недугами. Они же, молясь во имя Господа Иисуса Христа, подавали им исцеления, — и чрез это слава о них распространялась среди народа на далекое расстояние. Услышал о них Тусский епарх, Торкват4, который проживал тогда в городе Сполете5. Призвав к себе блаженного Конкордия, он прежде всего спросил святого об имени его.

— Я христианин, — отвечал Конкордий.

— Я спрашиваю тебя о твоем имени, — снова сказал епарх, — а не о Христе твоем.

— Я уже сказал тебе, — отвечал святой Конкордий, — что я христианин и исповедую Христа.

— Принеси жертву бессмертным богам, — сказал епарх, — и будешь нам другом, — я буду считать тебя вместо отца и попрошу императора Антонина — господина моего, чтобы он назначил тебя жрецом богов.

— Пусть твои боги останутся лучше при тебе, — сказал на это святой Конкордий.

— Послушай меня и принеси бессмертным богам жертву, — продолжал уговаривать его епарх.

— Лучше ты меня послушай, — отвечал святой Конкордий, — и принеси жертву Господу Иисусу Христу, дабы избегнуть тебе вечных мучений. Если ты сего не сделаешь, то получишь наказание в вечной жизни и воспримешь мучение в неугасаемом огне.

Тогда епарх повелел бить его палками и бросить в общую темницу.

Ночью к Конкордию пришел блаженный Евтихий со святым епископом Аняимом. Аняим был другом Торквата и упросил его отпустить к нему узника на короткое время. И вот Конкордий ночью был выпущен из темницы и прожил вместе с Анфимом не мало времени. При этом Анфим посвятил Конкордия во иереи, и они, живя вместе, упражнялись в посте и молитвах.

По прошествии некоторого времени, Торкват послал за Конкордием и спросил его:

— Что ты придумал относительно своей жизни?

— Моя Жизнь — Христос, Которому я ежедневно приношу жертву хваления, а ты будешь гореть в геенне, — сказал епарху Конкордий.

Тогда Торкват повелел привязать святого к позорному столбу. Но святой с радостью говорил:

— Слава Тебе, Господи Иисусе Христе!

— Принеси жертву великому Зевсу6, — настаивал епарх.

— Я не стану приносить жертву глухому и немому камню, — отвечал блаженный Конкордий, — так как со мною Господь мой Иисус Христос, Которому служит душа моя!

После этого епарх, разгневавшись, отправил Конкордия на заключение в тесную темницу, а на руки и на шею его повелел наложить железо и запретил кому-либо входить к нему, ибо желал уморить святого голодом.

Но блаженный Конкордий, заключенный в темнице, не пал духом, но с веселием начал приносить благодарность всесильному Богу:

— «Слава в вышних Богу, и на земле мир, в человеках благоволение», — воспевал он.

В полночь явился ему Ангел Господень и сказал:

— Не бойся, но мужественно стой в вере, потому что я с тобою.

По прошествии трех дней, епарх послал к нему ночью двух оруженосцев своих и повелел им:

— Пойдите и сообщите узнику, дабы он принёс жертву нашим богам, или же, в противном случае, — ему будет отсечена голова.

Оруженосцы пришли к Конкордию с идолом бога Зевса и спросили его:

— Слышал ли ты, что приказал епарх?

— Я не знаю этого, — отвечал святой.

— Принеси жертву богу Зевсу, — продолжали оруженосцы, — в противном же случае будешь обезглавлен!

Тогда блаженный Конкордий, благодаря Бога, сказал:

— Слава Тебе, Господи Иисусе Христе. И плюнул в лицо Зевса.

Видя это, один из воинов извлек меч и отсек святому голову и, таким образом, блаженный Конкордий, исповедуя Господа, испустил дух7.

После того пришли в темницу два клирика и некоторые благочестивые мужи; взяв тело святого, они положили его недалеко от города Сполеты, в месте, орошенном обильно текущими источниками. Здесь, у гробницы мученика, одержимые демонами и страждущие от различных болезней стали получать исцеления, по молитвам святого Конкордия, предстоящего Господу нашему Иисусу Христу, Который со Отцом и Духом Святым царствует во веки веков. Аминь.

________________________________________________________________________

1 Римский император Антонин, прозван язычниками Шем, т. е. Благочестивым, царствовал с 138 г. по 161 г.

2 Марк Аврелий занимал римский императорский престол с 161 г. по 180 г.

3 Именем Требула назывались 3 городка в Сабинской земле, расположенной в средней Италии, на восток от Рима. Вследствие того, что в дальнейшем говорятся о том, как св Конкордия призвал к себе Тусский эпарх, обитавший в Сполете, в провинции Умбрии, нужно думать, что город, обозначенный здесь под именем Требула, находился в северной части Сабинской земли, недалеко от Умбрии, провинции расположенной к северо-востоку от Рима.

4 Тусками римляне называли жителей Этрурии, провинции, находящейся на западе Средней Италии, к северу от Рима. Таким образом Тусский епарх был правителем Этрурии.

5 Сполета, ныне Сполето, город в Средней Италии, в древней Умбрии, на границе с Этрурией Вероятно Умбрия и Этрурия находилась под властью одного правителя.

6 Зевс, по римски Юпитер, почитался главным божеством, отцом богов и людей; он являлся повелителем неба и земли, грома и молнии, ветров и дождей.

7 Это было около 175 года.

 

Память св. свщ. мч. Астия, епископа Диррахийского

Св. Астий (Астерий) был епископом Диррахия[1], столицы Нового Эпира, ок. 100 г., в правление императора Траяна. Знатные горожане Нумерий, Неарх, Аглаид и Ариан принуждали его принести жертву языческому божеству Дионисию (Вакху), но все их усилия остались тщетными.

Когда воины пришли схватить епископа, ему было видение, будто он стоит на скале, облитой смолой и оливковым маслом и кричит своему клиру: «Мне предстоит пострадать за Христа. А вы прячьтесь, где можете».

Св. Астия схватили и привели к правителю Агриколаю. Епископа били свинцовыми брусками и воловьими жилами, но он остался неколебим. Тогда судья приказал обмазать его медом, привязать к кресту и выставить под палящие лучи солнца за пределами города. Туча ос и мух налетела на святого и изжалила его до смерти. Так он удостоился мученического венца. Останки его были с почестями погребены св. Перегрином [7 ил.] и другими мучениками, заплатившими жизнью за это богоугодное дело.

«Синаксарь», составленный афонским иеромонахом Макарием из обители Симонопетра.

________________________________________________________________________
[1] Ныне Дуррес в Албании.

 

Память святого отца нашего Митрофана, патриарха Константинопольского

Святой отец наш Митрофан жил во времена Константина Великого — первого императора-христианина1. Он был сын римлянина Дометия, происходившего из царского рода. Этот Дометий, иначе называемый Дометианом, был братом Прова, некогда занимавшего престол римского императора2. Будучи человеком благоразумным, Дометий скоро сознал ложь идолопоклонства, отрёкся от ложных языческих богов и уверовал в истинного Бога — Господа нашего Иисуса Христа. А так как Рим в то время был исполнен языческого нечестия и христиане подвергались в нем жестокому преследованию, то Дометий, покинув столицу империи, прибыл с двумя сыновьями своими, Провом и Митрофаном, в Византию. Тогда в Византии был епископом богоугодный и святой муж Тит (называемый иначе Тратом или Торатом)3; при нем-то и стали проживать Дометий и его сыновья, обучаемые вере Христовой и закону Господню и наставляемые в добродетельной жизни. Видя, что Дометий всем сердцем и всею душою прилепился ко Христу и полон пламенной ревности потрудиться для Господа, — епископ сопричислил его к церковному причту, рукоположивши в пресвитеры. Когда наставив Дометия — Тит скончался, то Дометий принял после него епископский престол4, а по кончине блаженного епископа Дометия святительский престол принял сын его Пров5. После же преставления Прова, на византийскую архиерейскую кафедру возведен был сын Дометия и брат Прова — святой Митрофан6, о котором предстоит нам слово.

В это время император Константин Великий прибыл во Фракийскую область7 и остановился в Византии. Увидав здесь святителя Митрофана, император из бесед с ним познал, что он великий угодник Божий, и много дивился добродетельной жизни святителя и его премудрости. Горячо полюбив его и желая наслаждаться богодохновенными его речами, он взял его с собою в Рим.

Вскоре после того император Константин пожелал перенести свою столицу из Рима в Византию. Город этот ему очень понравился, как по своей красоте, так и по выгодному местоположению своему. Он находится в юго-восточном углу Балканского полуострова на берегу Босфора, пролива, соединяющего Чермное море с Средиземным и Мраморным морями. Прекраснейшие дороги с суши и с моря вели к этому городу, и вся окружающая местность изобиловала различными земными плодами. Всё это так понравилось Константину, что он решил перенести сюда столицу империи. Новую столицу император украсил прекраснейшими зданиями и наименовал ее Новым Римом.

Но, по имени своего создателя, город чаще называли Константинополем, то есть городом Константина, а как резиденция императоров, он именовался еще Царьградом. Перенесши в Византию столицу империи, Константин перевёл сюда так же из Старого Рима святителя Митрофана, нарек его своим отцом и исходатайствовал ему у собравшихся в Никее на первый вселенский собор епископов8 титул патриарха. Митрофан был таким образом первым патриархом Константинопольским.

По причине глубокой старости и телесной немощи, сам Митрофан не был на соборе в Никее. Вместо себя он послал сюда своего хорепископа9 Александра — мужа почтенного, святого и престарелого, подъявшего много трудов на пользу церковного мира во Фракии и Иллирии10. Он на соборе занимал место своего патриарха Митрофана и противостоял Арию.

После окончания сего вселенского собора благочестивый император Константин Великий упросил всех святителей, бывших на соборе, отправиться вместе с ним в Константинополь, чтобы навестить там больного патриарха Митрофана, лежавшего на смертном одре. В одно из воскресений отцы вместе с царем пришли к Митрофану, и долго беседовали с ним. При этом император сказал святому:

— Честнейший отче! Я вижу, что ты изнемог от старости и болезни. Итак, прошу тебя, скажи нам, кто достоин стать твоим преемником?

На эти слова святой Митрофан с радостью во взоре отвечал императору:

— Поистине твоими устами говорит ныне Святой Дух. Действительно, когда я за семь дней до настоящего времени размышлял об этом, Господь открыл мне, что, по истечении десяти дней, я удалюсь из этого мира. И когда я окончу жизнь свою, пусть после меня вступит на престол сослужитель мой Александр — поистине достойный избрания и дара Духа Святого. После же него имеет быть наследником престола Павел, состоящий в настоящее время чтецом11.

Затем, взглянув на блаженного Александра, патриарха Александрийского12, он сказал ему:

— Брат! и ты оставишь после себя превосходного наследника.

И, взявши за руку архидиакона его, Афанасия, произнес:

— Вот доблестный воин Христов; он будет наследником после тебя13, и не только твёрдо восстанет, вместе с моим братом Александром, против арианского нечестия, но и преуспеет в великих подвигах, так что его, вместе с мужественным Павлом, — ожидают многие страдания.

Так святой предсказал о будущем, и спустя десять дней после откровения Господня, в мире скончался в четвертый день июня месяца, проживши со дня своего рождение всего сто семнадцать лет. Ныне же святой пребывает в бесконечной жизни, предстоя престолу Великого Архиерея, прошедшего небеса, — Христа Спаса нашего; Ему слава во веки. Аминь.

 

Кондак, глас 4:

Веру Христову ясно ты проповедал еси, и сию соблюдая, во множество воистинну возрастил еси верное твое стадо: темже со ангелы Митрофане срадуешися, Христу моляся непрестанно о всех нас.

 

Ин кондак, глас 4:

От младенства явился еси честен сосуд, святитель быв избран Богу, Емуже с веселием взывал еси: равен еси Христе Отцу и Духу.

_______________________________________________________________________

1 Император Константин Великий царствовал о 306 г. по 337 г.

2 Пров или Проб царствовал с 276 г. по 282 г.

3 Св. Тит занимал византийский епископский престол с 242 г. по 272 г.

4 Дометий был епископом Византии с 272 г. по 303 г.

5 Пров святительствовал с 303 г. по 315 г.

6 Св. Митрофан, первый патриарх Константинопольский, занимал Константинопольский престол с 315 г. по 325 г.

7 Фракия находилась в восточной оконечности Балканского полуострова и примыкала к морям Черному и Мраморному. В настоящее время — это восточная Румелия, Турецкая провинция.

8 Собор происходил в 325 г. и созван был для обличение ереси Ария, учившего, что Сын Божий не единосущен, а только подобосущен Отцу и есть тварное Существо, стоявшее, однако, выше прочих тварей. На этом соборе присутствовало 318 епископов, съехавшихся из различных стран, находившихся в пределах римской империи.

9 Хорепископ — сельский епископ, бывший в подчинении у городского.

10 Иллирия — провинция, обнимавшая всё восточное прибережье Адриатического моря с лежащими за ним местностями. Теперь на месте этой провинции — Албания, Далмадия и Босния.

11 После св. Митрофана патриархом Константинополя, действительно, был святой Александр (с 325 г. по 340 г.), а после него св. Павел, занимавший патриарший престол с некоторыми перерывами с 341 г. по 350 г.

12 Св. Александр занимал александрийский престол с 312 г. по 326 г.

13 После св. Александра патриархом александрийским, действительно, стал святой Афанасий, занимавший александрийскую кафедру с 326 г. по 373. На его долю выпало много преследований от ариан и арианствующих императоров. Несколько раз он скрывался из города, спасаясь на Западе; иногда его изгоняли из Александрии ариане. Такую же участь разделил с ним и св. Павел, патриарх Константинопольский.

 

Житие преподобного отца нашего Зосимы, епископа Вавилонского

Преподобный Зосима, прозванный Киликсом (так как был родом из Киликии1) в юности своей возлюбил Бога. Отвергшись мира, он пришел на Синайскую гору2, облекся здесь в иноческий чин и начал подвизаться в посте и молитвах. Однако он не долго пробыл на Синае. Стремясь к тишине и безмолвию, Зосима еще в молодых летах отошел с Синайской горы в пустыни Ливии3, и там поселился в одном пустынном месте, называемом Аммониак. Здесь он стал жить в полном уединении, заботясь об угождении единому Богу. Однажды он увидал в пустыне той старца, одетого в колючую власяницу. Приблизившись к нему, Зосима хотел поклониться старцу и по обычаю испросить у него благословения. Но старец предупредил его, сказав:

— Зачем ты пришел сюда, Зосима? Иди отсюда, ибо тебе не должно здесь оставаться.

Думая, что старец знает его издавна, Зосима, поклонившись ему и испросив благословение, сказал:

— Молю тебе, отче, окажи мне благоволение! скажи мне, как ты знаешь меня?

Старец ответил:

— Раньше двух дней тому назад явился ко мне муж, чудный видом, и сказал мне: вот, придет к тебе один инок с Синайской горы, по имени Зосима; не давай ему благословения на пребывание в этой пустыне. Я хочу поручить ему церковь Вавилонскую, что в Египте.

Сказав это, пустынник отошел от Зосимы на расстояние брошенного камня и стал на молитву, воздев руки свои к Богу. Молился он около двух часов; потом, окончив молитву, старец снова подошел к Зосиме и, отечески обняв его, облобызал его в лицо и сказал:

— Чадо мое любезное, хорошо, что ты пришел сюда. Поистине, тебя привел ко мне Бог, чтобы ты предал тело мое земле, так как я отхожу к Господу.

Тогда Зосима спросил старца:

— Много ли лет пребываешь ты, отче, на этом месте?

И старец ответил:

— Вот уже исполнилось сорок пять лет моего пребывания здесь.

При этих словах подвижника, лицо его просияло, как огонь. Обратившись снова к Зосиме, старец промолвил:

— Мир тебе, чадо, помолись о мне!

И после таких слов лег на землю и тихо отошел к Господу Богу.

Блаженный Зосима, выкопав могилу, похоронил честное тело великого подвижника и, пробыв на месте том два дня, возвратился на гору Синай, славя Бога.

Во время вторичного пребывания его на Синае к нему пришел один разбойник и умолял его такими словами:

— Умилосердись ко мне авва4, сподобь меня иноческого пострижения, чтобы мне в безмолвии сокрушаться о грехах своих. Я сотворил много убийств, и вот теперь раскаялся в своей преступной и многогрешной жизни, и хочу остаток дней своих провести в плаче и сердечном сокрушении о бесчисленных моих злодеяниях.

Преподобный Зосима, наставив этого человека, облёк его в иноческий чин; но по прошествии некоторого времени, призвав к себе раскаявшегося разбойника, сказал ему:

— Чадо, поверь мне, что тебе оставаться здесь невозможно. Если узнает кто-нибудь из сановников, что ты спасаешься у нас, то он тебя схватит. Кроме того, тебя может признать кто-нибудь из обиженных тобою и донести на тебя. Посему послушай меня, и я отведу тебя в более отдаленный монастырь.

Инок согласился на увещание преподобного, и святой старец отвел его в киновию аввы Дорофея5, находившуюся близ Газы6. Поместив его в этой обители, Зосима воротился на Синайскую гору.

Брат же тот прожил в киновии аввы Дорофея девять лет. Но потом, изучив псалтирь и искусившись в трудах иноческих, он снова возвратился к преподобному Зосиме и сказал ему:

— Сотвори милость ко мне, отче, — дай мне назад мои мирские одежды, а иноческие возьми от меня.

Преподобный спросил его с печалью:

— Зачем, чадо?

Тогда инок сказал ему:

— В продолжении девяти лет пребывал я, отче, как ты сам знаешь, в киновии, упражняясь в посте и всяком воздержании, трудясь с кротостью, молчанием и страхом Божиим и повинуясь всем, в надежде на бесконечное милосердие Божие и на прощение бесчисленных грехов моих. И всё же, не смотря на постоянные подвиги и труды мои, я всегда вижу пред собою дитя, которое говорит мне: «за что ты убил меня?» Это видение я вижу не только во сне, но и наяву: и когда стою в церкви, и когда приступаю к Божественным Тайнам, и когда вкушаю что-либо с братией на трапезе. Ни на один час я не знаю покоя: даже когда я иду, и тогда я вижу пред собою дитя, говорящее мне всегда одно и тоже: «за что ты убил меня?» Вот я и решил, отче, идти туда, где я совершил свои разбои, чтобы меня схватили и предали суду. Мне необходимо умереть за безрассудное убиение того дитяти.

Итак, взявши у преподобного отца мирские одежды, инок тот ушел в мир. Когда он пришел в город Диосполь7, он был схвачен, и на другой же день восприял казнь, будучи усекнут мечем. Так отошел он к Господу Богу, омыв своею кровью грехи свои.

Вскоре после этого события, преподобный Зосима, томимый непреодолимым желанием жить в тишине и безмолвии пустыни, снова задумал оставить Синайскую гору. И вот, взявши с собою ученика своего Иоанна, преподобный отправился с ним в пустыню, носившую название Порфирион8. Проходя по этой пустыни, они встретили двух отшельников: один из них был родом из Галатии9 и носил имя Павла, а другой происходил из Мелетинской области10 и назывался Феодором, иноческое же пострижение принял в монастыре аввы Евфимия Великаго11. Тот и другой подвижник носили одежды из кожи буйвола. Преподобный Зосима поселился с своим учеником вблизи тех пустынников, на расстояние около двух поприщ12, и прожил там два года.

Но потом ученика преподобного Зосимы, Иоанна, ужалила змия: всё тело его пропиталось змииным ядом, кровь хлынула из глаз, ноздрей, ушей и изо всех кожных отверстий и пор, и Иоанн скончался.

Блаженный Зосима сильно опечалился и пошел к упомянутым выше двум пустынникам. Те, увидав его в сильной скорби, прежде чем Зосима что-нибудь сказал им, предупреждая его, промолвили:

— Что, авва Зосима, умер брат твой?

Зосима, изумившись их прозорливости, возвестил им об обстоятельствах смерти своего ученика, которые и без того были известны старцам.

Тогда оба подвижника, восставши, пошли, вместе с Зосимою, к брату Иоанну. Увидав умершего лежащим на земле, они сказали:

— Не скорби, авва Зосима, — Бог поможет тебе.

И после этих слов громко возгласили, обратившись к умершему:

— Брат Иоанн, встань, ибо тебя зовет твой авва.

Мёртвый тотчас же ожил и встал с земли. Тогда старцы отыскали змию и разорвали ее на двое; потом сказали преподобному Зосиме:

— Авва, мы не ложно возвещаем тебе волю Божию: иди на Синайскую гору; потому что Бог хочет поручить тебе епископство в Вавилонской церкви, что в Египте.

Услышав это, преподобный Зосима принял благословение от святых пустынников и, взяв с собою ученика своего Иоанна, снова возвратился на Синай.

По прошествии некоторого времени авва Синайской горы13 послал блаженного Зосиму, вместе с двумя другими иноками, из-за нужд Синайских монастырей, в Александрию14. Александрийский патриарх полюбил блаженных старцев и, удержав в городе, рукоположил их в епископа, одного в Илиополь15,другого в Леентополе16, а Зосиму в Вавилон Египетский. Ибо в древности было два Вавилона: первый — знаменитейший и древнейший — находился в Халдейской земле17, и в нем царствовали Навуходоносор и все халдейские цари, а другой — менее известный и меньший по объему и количеству жителей находился в Египте. Этот город основали на берегу реки Нила переселенцы из древнего Вавилона, назвавшие новое место поселение своего по имени своей оставленной родины.

В этом-то Вавилоне Египетском преподобный Зосима, по изволению Божию и согласно пророчеству пустынников, принял престол архиерейский и начал пасти стадо Христово. Он добре управлял святою Церковью, образ бывая стаду словом, действием и чистотою (1Тим.4:12). Довольно долго пробыл он во главе Вавилонской церкви и многих наставил на путь спасения. Когда же святой достиг глубокой старости, то, видя свою телесную немощь и ожидая близкую смерть, оставил епископский престол и снова возвратился на гору Синай, место своего прежнего жительства. Здесь, пожив немного, святой скончался в Господе18 и в лике святых иерархов предстоит теперь пред Владыкою нашим, Господом Иисусом Христом; Ему слава во веки. Аминь.

________________________________________________________________________

1 Киликия — область Малой Азии, расположенная в юго-восточной части ее, на границах с Сириею и по южному берегу Средиземного моря.

2 Гора Синай представляет собою собственно группу гор, состоящих из гранитных скал, прорезанных и окруженных крутыми и шероховатыми долинами. Лежит почти посредине известных рукавов Чермного (Красного) моря, образующих собою Синайский полуостров. Она состоит из трех горных хребтов. Юго-восточная вершина среднего хребта и была местом известного Синайского законодательства. С IV в. по Р. Хр. Синайская гора стала излюбленным местом подвижников и была вся усеяна монастырями.

3 Ливия — провинция в северной Африки, к западу от Египта. Прилегающая к Средиземному морю, часть Ливии была обитаема, другая же, уходящая в глубь материка, представляла пустыню с несколькими оазисами. Это самая восточная оконечность известной пустыни Сахары, простирающейся от Египта почти до самых берегов Атлантического океана.

4 Авва — сирское слово, значит — отец. Это наименование давалось обыкновенно начальникам монастырей, а также и старшей братии. Новоначальный инок, отданный для искуса под руководство какому-нибудь опытному старцу, также обращался к нему с этим словом — авва.

5 Преп. Дорофей жил и подвизался в конце VI и начале VII века. Прежде чем удалиться в пустыню для иноческих подвигов, он в молодых летах много занимался науками. Потом, сделавшись иноком, он с тою же любовью и неутомимостью предался упражнению в добродетели. Обитель, в которой он подвизался, была основана собственно Серидом, жившим в VI в., но авва Дорофей пользовался среди современного монашества такою известностью, что эта обитель часто называлась его именем. Обитель эта представляла собою такой вид общежительного монастыря, в котором братия не только стол, но и одежду и т. п. получают от монастыря, по распоряжению настоятеля, а с своей стороны весь своей труд и его плоды представляют обязательно на общую потребу монастыря. Такие обители и назывались киновиями (от греч. слов — кинос — общий, и виос — жизнь).

6 Город Газа расположен на восточном берегу Средиземного моря, в самой южной оконечности Палестины, недалеко от Египта; некогда он был южным пределом Хананеев. Во время могущества Римлян Газа был значительный торговый город Палестины; это значение поддерживалось за нею некоторое время и позднее во времена Византийской империи. Но с течением времени этот цветущий город потерял всё свое значение, и теперь только песчаные холмы и жалкие развалины служат свидетельством, что здесь существовал великий город.

7 Диосполь — палестинский город, на северной дороге от Иерусалима к Иоппии (Яффе).

8 Разумеется, по-видимому, пустыня, находившаяся около города Порфиргона, что в Финикии, близ Кармильской горы (к югу от Птолемаиды). Пустыня эта и в особенности Кармильская гора были наполнены иноками.

9 Галатия — небольшая гористая, но плодородная, провинция Малой Азии, лежавшая между Вифинией, Понтом и Каппадокией. Название получила от Галатов — воинственных племен Гальского или Кельтического происхождения.

10 Мелетина — область в северной части Малой Армении, недалеко от р. Евфрата. При императоре Траяне (98 — 117 г.) здесь разрослось до размеров значительного города селение того же имени, что и область.

11 Преп. Евфимий Великий был родом также из Мелетины. Подвизался он в Палестине, где основал две обители: одну — в пределах Иерихонских, в 14 верстах от Иерусалима на северо-восток, а другую — в 4-х верстах от первой, на горе. Он собрал вокруг себя много славных подвижников, из которых некоторые положили начало многим обителям. Скончался на 97 году от рождения, в 473 году. Память его — 20 января.

12 Поприще — мера расстояния; оно равнялось нашим 690 саженям. Два поприща, таким образом, составляют 1,380 саженсй или 2 версты.

13 Монастыри Синайской горы находились под ведением одного общего начальника — аввы Синайской горы.

14 Александрия была главным городом Египта и северо-африканских провинций. Основана была Александром Македонским в Нижнем (Северном) Египте, при устье Нила. После Рима Александрия считалась первым городом в мире и служила центром торговли, промышленности и особенно языческой образованности, а в первые века христианства рассадником христианского просвещения. С V в. епископ Александрии пользовался титулом патриарха и ему были подчинены все церкви Египта, Ливии и Северной Африки. Синайский полуостров, с его монастырями, также находился в ведении Александрийского патриарха. В настоящее время Александрия (по-турецки и арабски Искандеры) принадлежит к числу важнейших торговых пунктов при Средиземном море, с населением до 230,000 жителей.

15 Илиополь — город в Африке; находится на правом берегу Нила, на одном из его восточных рукавов, — на юге Нижнего Египта

16 Леонтополь — город в среднем Египте.

17 Халдея находилась в Месопотамии, по рр. Тигру и Евфрату.

18 Скончался в конце VI века.

 

Преподобный Мефодий, игумен Пешношский (+ 1392)

Дни памяти

17 июня

27 июня

19 июля — Собор Радонежских святых

(переходящая) — Собор Московских святых

 

Прп. Мефодий Пешношский (XIV в.) ‒ ученик прп. Сергия Радонежского, основатель Николо-Пешношского монастыря под Дмитровом. Поселившись в глухом лесу за рекой Яхромой, он по совету своего наставника перенёс обитель на более удобное место, лично участвуя в строительстве («пеш нося» брёвна через речку, отчего та получила название Пешноша). Став игуменом в 1391 году, совмещал строгое подвижничество с милосердием к братии. Скончался в 1392 году. Канонизирован в 1549 году.

 

Преподобный Мефодий еще в молодых летах, в числе первых, пришел к преподобному Сергию и под руководством сего великого наставника иноческой жизни провел несколько лет. О его родителях, времени и месте рождения ничего неизвестно. Ревнуя жить в безмолвии, он по благословению прп. Сергия удалился искать пустынное место. И в глуши дубового леса за рекой Яхромой, в 25 верстах от Дмитрова, на небольшом возвышении среди болота поставил он себе келлию для подвигов отшельничества. В суровом посте и постоянных молитвах текла жизнь преподобного, и его душа все более и более отрешалась от мира тленного и земного, стремясь в страны горние, небесные. Но как пламень костра просвечивается даже и через лесную чащу, так и подвижническое житие св. Мефодия не укрыли болота и леса от ревнителей благочестия, которые не замедлили собраться, чтобы под его руководством сделаться достойными будущей награды, обещанной Господом всем верным Его последователям. В это время преподобный Сергий, посетив любимого ученика, дал ему совет построить обитель и храм на другом, более сухом и обширном месте и благословил то самое, где и была основана обитель. Преподобный Мефодий, как послушный сын, исполнил волю наставника. Он сам трудился при строении храма и келлий, «пеш» нося деревья через речку, которую от того назвали Пешношею, а за обителью осталось навсегда имя Пешношской.

С 1391 года преподобный Мефодий стал игуменом своего монастыря. Поселившиеся здесь иноки вели трудолюбивый образ жизни, сами себе добывая пропитание и исполняя все нужные для обители работы, так что эта обитель по преимуществу была обителью трудолюбия. Только частые посты и молитвы разнообразили жизнь пешношских иноков. Сам игумен подавал братии пример во всем и был между ними первым по подвигам труда, молитвы и поста и через это самое воспитывал многих благочестивых иноков. Но, строгий по отношению к себе, прп. Мефодий был нетребователен и милостив к братии, снисходя к их немощам и предостерегая от ошибок в будущем.

По временам преподобный, как любитель безмолвия, удалялся за две версты от обители и здесь уединенно подвизался в молитве. Сюда же приходил к нему для духовных бесед преподобный Сергий. Потому эта местность названа была «Беседа». Преподобный Мефодий был погребен († 1392 г.) в основанной им обители. В день преставления его, как видно из составленной в честь его службы, собралось множество народа – старцев, сирот и вдов – оплакивать кончину своего питателя.

По рукописным святцам, «преподобный Мефодий, игумен Пешношской обители, ученик святого Сергия чудотворца, преставися в лето 6900 (1392), месяца июня в 14 день». Прп. Мефодия ублажали на Пешноши как святого со дня его кончины и память его праздновали в обители и в окрестных селениях июня 14-го дня. По другим источникам, преподобный Мефодий преставился месяца июня в 4-й день 1392 года, а память празднуется в один день с памятью свт. Мефодия, патриарха Константинопольского, 14/27 июня. К лику святых прп. Мефодий причислен на Московском Соборе 1549 года.

профессор Сергей Иванович Смирнов. Жития русских святых

 

Тропарь преподобного Мефодия, игумена Пешношского, глас 8

Божественною любовию от юности распаляемь,/ вся, яже в мире красная, возненавидев,/ Христа Единаго возлюбил еси,/ и, сего ради в пустыню вселився,/ в ней обитель сотворил еси,/ и, собрав инок множество,/ приял еси от Бога чудес дар, отче Мефодие,/ и был еси о Христе собеседник и спостник преподобному Сергию,/ с нимже у Христа Бога испроси православным христианом здравие, и спасение,/ и душам нашим велию милость.

 

Кондак преподобного Мефодия, игумена Песношского, глас 4

Послушания добрый рачитель быв,/ безплотныя враги слезными молитвами твоими крепко посрамил еси/ и явился еси Пресвятыя Троицы жилище,/ Юже зря, блаженне, ясно,/ Богомудре Мефодие преподобне,/ чудес дар от Ней приял еси./ Темже исцелявши с верою приходящих недуги,/ утолявши скорби/ и молишися непрестанно о всех нас.

 

Священномученик Георгий Богич, пресвитер

Сщмч. Георгий Богич (1911-1941) ‒ сербский священник, выпускник Сараевской семинарии. В ночь на 17 июня 1941 года был зверски убит усташами (хорватскими националистами) близ Нашице: после жестоких пыток (отрезание носа, ушей, языка, выкалывание глаз) был расстрелян. Тело тайно захоронено местными цыганами.

 

Священномученик Георгий Богич родился 6 февраля 1911 года в городке Суботска. Гимназию закончил в Новой Градишке, духовную семинарию – в Сараево. Рукоположен во священники в Пакраце 25 мая 1934 года. Служил в приходах Маяр и Боломачи, откуда в 1940 году переведен на приход в Нашице, где его застала война.

К мученической кончине отца Джордже (Георгия) причастен католический священник Сидоний Шольц из Нашице. Виктор Новак[1] рассказывает, что Шольц «предал на сатанинское по жестокости убийство местного настоятеля Джордже Богича». Подробности этой чудовищной трагедии таковы: ночью 17 июня 1941 года в квартиру священника ворвался усташ Феликс Лахнер, нашицкий молочник, с двумя усташами и сказал, что Богич должен немедленно явиться для допроса. Отец Джордже вышел из дома и сел в машину, стоявшую у подъезда. Машина направилась в сторону поля. Отец Джордже был вывезен из города и недалеко от часовни святого Мартина подвергся жесточайшим пыткам. Усташи, привязав священника к дереву, отрезали ему нос, уши, язык, рвали бороду вместе с кожей. После этого с самыми циничными оскорблениями выкололи глаза. Затем один из усташей распорол ему живот, и вытащив внутренности, обмотал их вокруг шеи мученика. Когда отец Джордже уже был без сознания, усташи перерезали веревку, которой он был привязан к дереву, мученик упал на землю, и палачи расстреляли его.

Тело священника оставалось на месте убийства всю ночь, на следующий день около четырех часов его подобрали цыгане и похоронили на кладбище в колонии Брезик.

По материалам сайта: https://azbyka.ru/days/sv-georgij-bogich

 

Священномученик Иоанникий (Липовац), Черногорско-Приморский, митрополит

Сщмч. Иоанникий (Липовац) (1890-1945) ‒ митрополит Черногорско-Приморский. Родился в Черногории. Во время Второй мировой войны открыто выступал против коммунистических гонений на Церковь. 12 сентября 1945 года был арестован югославскими коммунистами и после жестоких пыток убит.

 

Священномученник Иоанникий (Липовац) занимает особое место в ряду сербских новомученников, прославленных в лике святых в конце XX века. Этот архиерей Божий был одним из первых, кто открыто возвысил свой голос против террора коммунистов, ввергнувших сербский народ в огонь братоубийственной гражданской войны. Он же, вместе с большей частью вверенного ему духовенства, стал и одной из первых жертв этого террора. Можно с уверенностью сказать, что вступление на кафедру Черногорских митрополитов стало для владыки Иоанникия началом восхождения на Голгофу. Четыре года архипастырского служения его были исполнены постоянных невзгод и потрясений, страданий и непрестанной отчаянной борьбы за Церковь и народ.

Будущий священномученник родился 16 февраля 1890 года на берегу Которского залива Адриатического моря. В Крещении ему было дано имя Иоанн. Будущий архипастырь закончил гимназию в Которе, Богословский институт в Задаре, а затем и философский факультет Белградского университета. В 1912 году на день святого Димитрия епископом Бококоторским и Дубровицким Владимиром он был рукоположен в сан диакона, а через два дня принял священнический сан. В последующие годы он нес служение в родном Которе и Петровце, а с 1922 года преподавал в гимназии и семинарии в Цетинье. В 1925 году был переведен в Белград, где преподавал в 1-й мужской гимназии.

8 декабря 1939 года Архиерейский Собор Сербской Православной Церкви избрал его, как вдового священника, викарием патриарха Сербского для Черногории с почетным титулом епископа Будимльского. 1 февраля 1940 года митрополит Скопский Иосиф (Цвиевич) совершил его монашеский постриг с именем Иоанникия, а 10 февраля в кафедральном соборе Белграда произошло наречение новоизбранного епископа. 11 февраля 1940 года патриарх Сербский Гавриил в сослужении митрополита Скопского Иосифа и епископа Зворницко-Тузланского Нектария совершил епископскую хиротонию владыки Иоанникия.

20 февраля 1940 года епископ Иоанникий прибыл в расположенный на границе вверенной ему епархии город Херцег Нови. Здесь его земляками ему была устроена радушная встреча. На железнодорожной станции собралась масса народа, представители властей и общественности, духовенство. После приветственных слов митрополит отправился в монастырь Савину, где был отслужен краткий молебен и состоялся праздничный обед.

На следующий день владыка был также с любовью встречен в родном Которе. После молебна в храме святителя Николая и обеда, устроенного в доме родного брата владыки, он отправился в Будву и дальше в Цетинье. Ровно в 16 часов он прибыл в столицу Черногорских митрополитов, где был встречен торжественным звоном колоколов. В Цетинском монастыре его встречали представители властей, армии, общественности, ученики местных школ, а также духовенство во главе с ректором семинарии отцом Михаилом Вуйисичем. Поприветствовав встречающих, владыка проследовал с духовенством в храм. После искренних сердечных приветствий и благодарственной речи епископа все направились в канцелярию митрополии, где был организован прием.

10 декабря 1940 года по решению Архиерейского Собора викарный епископ Будимлянский Иоанникий был избран митрополитом Черногорско-Приморским с кафедрой в Цетинье.

По признанию некоторых биографов митрополита, период, на который пришлось его архипастырское служение, был страшней и тяжелей, чем времена, в которые жил и управлял Черногорией его славный предшественник – святой митрополит Петр Цетинский. «Великое зло было в Черногории в XIX веке. Но мы еще не понимаем, какое зло не только в Черногории, но и во всех сербских землях было в XX веке. Черногорию во времена святого Петра распинало зло турецкое и зло братской мести и разногласий. Черногорию во время митрополита Иоанникия распинало и распяло зло фашизма и зло коммунизма», – справедливо пишет Велибор Джомич.

С началом войны в апреле 1941 года и оккупации Черногории архипастырь оказался в весьма сложном положении. В оккупированную итальянцами Черногорию хлынул поток беженцев с территории Герцеговины, где орудовали хорватские усташи, и из соседних Косово и Метохии, где против сербского населения развернулся албанский террор. Предметом особых забот митрополии и лично владыки Иоанникия стали многочисленные беженцы и обездоленные. Как отмечает автор монографии «Гражданская война в Черногории. 1941–1945 годы» В. Редзич, «Цетинская митрополия стала местом, куда ежедневно приходили люди из разных краев Черногории, Боки и Санджака»[2]. Владыка стал ходатаем и заступником для священнослужителей, военнослужащих и гражданских лиц, оказавшихся в концентрационных лагерях, интернированных на территорию соседних Албании и Италии. Он неоднократно обращался с ходатайствами к высшим представителям оккупационных властей.

Первоначально итальянцы сравнительно миролюбиво отнеслись к местному населению и даже постарались сохранить некоторые довоенные органы административного управления. Однако их конечной целью было создание марионеточного королевства Черногории, и поэтому они всячески поддерживали не пользовавшихся широким авторитетом местных сепаратистов. Владыка Иоанникий предусмотрительно держался в стороне от этих политических акций.

16 мая 1941 года Черногорию посетил король Италии Виктор Эммануил, визит которого был составной частью плана итальянцев по провозглашению независимого Черногорского государства. Накануне его приезда полиция обошла дома «сомнительных лиц», не пожелавших подписывать заявление о лояльности итальянским властям. После посещения Подгорицы итальянский король прибыл в Цетинье. В ряду прочих мест он посетил и резиденцию митрополита. Владыка Иоанникий встретил его в простой мантии, без каких-либо знаков митрополичьего достоинства[3]. Обратившись к королю с положенным приветствием, он отметил, что его страна порабощена, а народ опечален, и он был бы счастлив встретить короля при других обстоятельствах. Слова митрополита, обращенные к Виктору Эммануилу, звучали скорее как укор, чем как ожидаемое приветствие. По воспоминаниям очевидцев, выйдя из Цетинского монастыря, итальянский король выглядел подавленным. Отношение итальянцев к владыке после визита короля заметно ухудшилось.

В июле 1941 года на территории Черногории началось народное восстание против оккупантов. При этом коммунисты, хотя они и были одними из инициаторов начала вооруженной борьбы, тем не менее, не сыграли заметной роли в ходе наиболее тяжелых и кровопролитных боев. Первоначальный успех восставших оказался непродолжительным. По сути, восстание привело лишь к жестоким и кровавым акциям возмездия со стороны оккупантов и их пособников. Относительно миролюбивая политика итальянцев в отношении населения Черногории сменилась террором. Восставшие же были плохо подготовлены и не могли оказать серьезного сопротивления прекрасно вооруженным итальянским боевым частям.

Вместе с тем и в среде восставших произошло четкое размежевание по политическим взглядам. Для коммунистов борьба с оккупантами была неотъемлемой частью мировой революции и борьбы за установление диктатуры пролетариата. При этом масштабы народных жертв не особо принимались ими в расчет. Любые же политические силы и отдельные личности, зачастую самые благородные представители патриотических кругов, противившиеся безумному и бессмысленному кровопролитию, были тут же записаны коммунистами во врагов народа, предателей и пособников оккупантам. Врагами для коммунистов стали очень многие истинные патриоты, бывшие офицеры, члены довоенных органов управления, священнослужители, представители интеллигенции и крестьяне, не разделявшие идей мировой революции. Вполне естественно, что одной из самых неудобных для коммунистов фигур вскоре стал пользующийся народным авторитетом митрополит, действия и поступки которого были продиктованы единственным желанием – сохранить Церковь и паству.

«Несчастья умножились, – пишет тот же Редзич, – когда коммунисты начали восстание. Ходатайства об освобождении заложников, оказание помощи арестованным и отправленным в лагеря в Албании, семьям, у которых итальянцы сожгли дома, ограбили и уничтожили имущество, и другим были постоянными занятиями священников. В эти дни сам митрополит Иоанникий написал более 400 прошений и других обращений на итальянском языке и направил оккупационным органам»[4].

«Коммунистическое восстание и убийства коммунистами невиновных людей породило пропасть между ними и духовенством. Цетинский митрополит осудил их действия и… призвал не следовать за их ”ложью и безбожием”»[5]. Жестокие акции террора и расправы над ни в чем не повинным населением со стороны партизан принимали поистине демонических характер.

18 мая 1942 года митрополит разослал окружное послание всем священникам с просьбой до 1 июня предоставить свидетельства о фактах коммунистического террора.

«Скоро уже год, – писал митрополит, – как в Черногории воцарился хаос. В последние месяцы коммунисты развязали невиданный террор. В том насилии, что учинили они над нашим народом, больше всего страдала Церковь и священнослужители, которые были различными способами мучимы партизанами. Известия, доходившие до нас из разных районов епархии, и рассказы священников, посещавших нас в последнее время, были более чем ужасающими. Однако и до сих пор мы не располагаем точными сведениями о терроре, осуществленном коммунистами в Черногории. Известно о нескольких храмах, пострадавших во время партизанской операции. Известно, что многие святые места осквернены этими безумцами. Эти данные, которыми мы сейчас располагаем, неполны, и мы призываем всех приходских священников и настоятелей монастырей… предоставить нам в рабочем порядке точные и детальные сообщения о терроре, совершенном коммунистами, а также об ущербе, нанесенном ими Церкви и ее имуществу»[6].

По всей епархии пылал пожар войны. Многие церковные объекты страдали от действий итальянцев. Чаще всего это происходило в ходе военных операций против партизан. В период с 28 января по 9 февраля 1942 года итальянская артиллерия из Даниловграда, действовавшая против партизан, неоднократно обрушивала свой огонь на монастырь Ждребаоник. Во время самого сильного обстрела настоятель монастыря иеромонах Павел (Павичевич) сумел вместе с двумя помощниками вынести из монастыря кивот с мощами святителя Арсения Сремца и временно поместить их в церкви святителя Николая в Еленике. 21 апреля 1942 года отец Павел извещал своего правящего архиерея о трагической судьбе обители: «Новая колокольня полностью разрушена, два колокола разбиты и выведены из строя, кров полностью разрушен, свод церкви так пострадал, что каждый день ожидаем его обрушения, иконостас сильно пострадал от снарядов. Все церковные книги, литийница, потир, прибор для причастия, все кресты, кадила, церковные одежды и другая церковная утварь уничтожены, разбросаны и разбиты в церкви…»[7].

Итальянцы разрушили подсобные здания монастыря святителя Николая в Нижних Брчелах и разорили практически все монастырское имущество. В апреле 1942 года хозяйство этого монастыря было отобрано итальянской армией для своих нужд. На территории обители были возведены армейские постройки. Итальянцы разрушили монастырское здание, в котором размещалась местная начальная школа, и построили на его месте кухню[8].

2 марта 1942 года итальянцы подожгли церковь святого Георгия в селе Корнет. 13 апреля 1942 года итальянская артиллерия обстреляла величайшую черногорскую святыню – капеллу святого Петра Цетинского на Ловчене. Митрополит Иоанникий незамедлительно обратился по этому поводу к губернатору Бироли с просьбой срочно провести осмотр и ремонт капеллы[9].

Игумен монастыря Враньина Роман (Вукманович) сообщал в митрополию, что в апреле 1942 года монастырь был трижды ограблен, а монастырский корпус сожжен. Весной 1943 года в ходе операций против партизан итальянская авиация бомбила монастырь Морачу, а 23 мая того же года обитель подверглась артиллерийскому обстрелу. В 1943 году итальянцами был подожжен корпус монастыря Жупа под Никшичем. В храме святого Димитрия в Браичах итальянцы, начиная с июля 1941 года, содержали жителей села и лошадей.

Немалый урон храмам и монастырям нанесли формирования партизан-коммунистов. В своем сообщении митрополиту от 1 июля 1942 года священник Алекса Живкович писал, что коммунисты повредили местную приходскую церковь, разорвали и разбросали по храму богослужебные книги[10]. 17 апреля 1942 года партизаны подожгли церковь Архангела Михаила в селе Барямовице под Цетинье вместе почти со всем селом, жители которого в основной массе были против коммунистов[11].

В Пасхальном послании 1942 года, опубликованном в газете «Голос черногорца», митрополит Иоанникий открыто выступил с осуждением коммунистов. «Дорогие мои духовные чада, – писал он, – сегодня, когда мы празднуем светлое Воскресение Христово… сердце мое исполняется печалью и горечью, душа моя плачет, когда думаю, что уже больше года часть нашего народа, особенно молодежь, пошла путем греха, поплыла мутными коммунистическими водами»[[12]. Обратив внимание на причины того, почему коммунистические идеи нашли благодатную почву в Черногории, владыка пишет о том, что коммунизм начал свое разрушительное действие уже много лет назад. «Что коммунисты требуют от нашего народа? Ни больше ни меньше, как отречься от своей народности и православия, а значит, отречься от того, что для народа самое святое и самое дорогое, что составляет основу его жизни и смысл его существования»[13]. Далее владыка осуждает коммунистов за то, что 13 июля 1941 года они «подняли кровавое восстание», приведшее к неисчислимым народным страданиям, и обагрили свои руки братской кровью.

Митрополит применял и всю полноту церковной судебной власти в отношении представителей духовенства, присоединившихся к партизанам-коммунистам. 6 апреля 1942 года он приказал архиерейским наместникам прислать информацию о поведении подчиненных им священников на территориях, контролировавшихся некоторое время коммунистами. «Особенно сообщите о тех священнослужителях, – говорится в распоряжении, – которые сражались на стороне коммунистов или распространяли их пропаганду и тем самым содействовали их преступлениям. К сожалению и стыду всех нас, священников, и на соблазн верующих, были и такие священники и иеромонахи»[14]. Согласно полученным данным, было установлено, что семь священников и один секретарь церковного суда активно сотрудничали с коммунистами. 16 апреля 1942 года митрополит Иоанникий запретил их в служении. Позднее митрополит Иоанникий и другие представители духовенства неоднократно выступали с осуждением действий партизан-коммунистов на территории Черногории, охваченной кровопролитной гражданской войной. В ситуации, когда приходилось выбирать из двух зол меньшее, представителям Сербской Церкви было легче найти общий язык с оккупационными властями, которые, по крайней мере, не испытывали такой патологической ненависти к Церкви, как коммунисты.

В 1944 году митрополиту Иоанникию удалось наконец наладить контакт со Священным Синодом в Белграде. В самом начале года митрополит писал в своем сообщении Священному Синоду СПЦ о тяжелом положении митрополии:

«На территории епархии разрушены и подожжены монастыри: Режевич, Градиште, Ждребаоник, Жупа и Биела.

Практически все остальные монастыри пострадали и особенно материально опустошены, потому что большинство из них находится в руках коммунистической организации.

Иеромонахи частью убиты, многие избежали смерти, покинув перед превосходящей силой монастыри; а есть, к сожалению, и такие, кто находится на службе у коммунистов.

От детального рассмотрения мы воздерживаемся потому, что не имеем сообщения с внутренними районами епархии…»[15].

Довольно емко определил положение Сербской Церкви в Черногории исследователь Вукич в книге «Черногорско-Приморская митрополия на распутье истории»: «Фашистская оккупация и гражданская война в 1941–1945 годах создали серьезную угрозу Цетинской митрополии и существованию православного духовенства в Черногории. Митрополия оказалась в незавидном положении под давлением двух воинствующих идеологий антихристианского духа (фашизма и коммунизма), которые создавали угрозу сохранению православной веры, культуры и цивилизации не только в Черногории, но и на всем сербском и русском этническом пространстве. Однако неумолимые исторические факты свидетельствуют, что коммунисты в Черногории… применяли несравнимо более жестокие репрессии в отношении православного клира, нежели оккупационные власти»[16].

В ноябре 1944 года при наступлении партизан митрополит Иоанникий принял решение временно покинуть Цетинье вместе со значительной частью православного духовенства и отправится в сторону западной границы Югославии. Произошел фактический исход сербского духовенства. В колонне беженцев, помимо свыше 60 священников, было около 5–6 тысяч черногорских четников, большое количество стариков, женщин и детей. Беженцы отправлялись в буквальном смысле слова в неизвестность. По всей видимости, это был шаг отчаяния в надежде оказаться в американской оккупационной зоне и не попасть в руки к коммунистам. Однако достигнув Словении, беженцы у местечка Зидани мост были схвачены военнослужащими 1-й Югославской армии, которой командовал генерал Пеко Дапчевич.

В первой половине июня 1945 года в Аранджеловце митрополит Иоанникий был убит. Расправой над митрополитом командовали тогдашний полковник ОЗНА Владимир Ролович и генерал Пеко Дапчевич.

В начале 90-х годов XX века на страницах церковной прессы появилось несколько неизвестных ранее свидетельств об обстоятельствах мученической кончины митрополита. В календаре «Церковь» за 1991 год было помещено свидетельство профессора Светозара Душанича. Его отец, священник Стева Душанич, служил в конце войны в Аранджеловце. Он сообщал, что когда в середине сентября 1944 года в Аранджеловац пришли партизаны, то в одном из зданий разместилось отделение ОЗНА («ОЗНА» – Отделение защиты народа.). В комнатах временно содержалось по 30–40 заключенных, которых потом планомерно ликвидировали у реки под горой Букуль. В один из праздничных дней отец Стева застал во дворе группу заключенных, выведенных на прогулку, среди которых был пожилой человек с белой бородой и в гражданской одежде, который сообщил ему, что он митрополит Черногорско-Приморский Иоанникий. Владыка рассказал отцу Стево, что после ареста был доставлен в Загреб, где у него отняли личные вещи, панагию и облачение. Информация о том, что митрополит Иоанникий находится в Аранджеловце дошла до священноначалия в Белграде, но попытка прояснить у представителей народной власти судьбу заключенного не принесла успеха.

О последних днях митрополита Иоанникия в Аранджеловце свидетельствует и доктор Александр Недок, лично знавший митрополита. В июне 1945 года он находился в качестве военнослужащего в штабе 1-й Югославской армии. Однажды в разговоре с сослуживцами он узнал о том, что его бывший учитель закона Божиего находится в тюрьме в Аранджеловце. На вопрос о том, может ли он посетить заключенного, был получен ответ, что это запрещено и что лучше даже не говорить об этом. Через несколько дней он получил известие, что митрополит Иоанникий мертв.

Другое, короткое, но многоговорящее свидетельство о кончине митрополита содержится в документе, направленном штабом 1-й Югославской армии 21 июня 1945 года в Черногорскую митрополию в Цетинье: «Посылаем вам панагию и крест, которые найдены у разбойника бывшего митрополита Иоанникия. Смерть фашизму, свобода народу!».

В одном из номеров журнала «Светигора» за 1992 год был опубликован рассказ протоиерея Бранко Марковича, единственного на тот момент живого священника, получившего хиротонию от рук священномученника. Отец Бранко сообщал, что в 1951–1952 годах встречал в монастыре Прасквица человека, работавшего раньше при митрополите и покинувшего вместе с ним Цетинье в 1944 году. По его словам, владыка был схвачен вместе с группой священников у Зиданого моста, отправлен в Загреб и приведен к Пеко Дапчевичу. Дапчевич спросил митрополита: «Ты ли Иоанникий (Липовац)?» Услышав утвердительный ответ, он заявил, что владыка не имеет право представляться митрополитом, потому что в Цетинье всегда правили великие и заслуженные люди, а не такие предатели, как он. На это владыка указал Дапчевичу, что он не имеет права так вести себя с ним, митрополитом, потому что именно он вызволил из итальянского лагеря мать Дапчевича и сделал все возможное для освобождения отца. Дапчевич ответил, что это и является подтверждением службы владыки оккупантам, а затем приказал снять с владыки все знаки епископского достоинства».

На основании этих и других свидетельств известно, что митрополит Иоанникий убит в первой половине 1945 года в Аранджеловце. Точное место его захоронения осталось неизвестным.

В конце 1946 года митрополит Скопский Иосиф сообщал, что патриарх Гавриил, узнав об исчезновении митрополита Иоанникия из Аранджеловца и предполагая, что он убит, совершил заупокойное поминовение.

Долгие годы имя священномученника практически было предано забвению. Только в 1990-е годы историки и церковные публицисты получили возможность исследовать судьбу и духовное наследие митрополита Иоанникия. В 1996 году вышла в свет книга Велибора Джомича «Голгофа митрополита Черногорско-Приморского Иоанникия. 1941–1945», в которой были собраны документы, в полной мере отражающие все обстоятельства нелегкого служения архиерея в годы войны и оккупации.

22 мая 1998 года Священный Архиерейский Собор Сербской Православной Церкви на своем заседании принял решение о канонизации митрополита Черногорско-Приморского Ионникия (Липовца) в лике священномученников, наряду с другими сербскими архиереями, пострадавшими за Христа в годы Второй мировой войны. Торжественное прославление священномученика Иоанникия в лике святых состоялось 22 мая 2002 года в храме Святого Саввы в Белграде.

По материалам сайта: https://azbyka.ru/days/sv-ioannikij-lipovac

________________________________________________________________________

[1] Виктор Новак – современный сербский историк, написавший известное исследование «Магнум Кримен» («Варварство во имя Христово»), впервые опубликованное в 1948 году. В книгу вошли свидетельства о самых чудовищных преступлениях хорватов-католиков над православными сербами в годы Второй мировой войны и после нее, в период насильственного обращения православных в католичество, а также «откровения» иерархов католической церкви и Ватикана о борьбе против православия в Югославии.
[2] Реџић Вучета, др. Грађански рат у Црноj Гори 1941–1945 године. Ступови. Подгорица, 2002. Књ. 1. С. 111.
[3] Там же. С. 117.
[4] Там же.
[5] Там же. С. 112.
[6] http://www.mitropolija.me/istbibl/golgota_joanikija/dzomic-golgota_1942.html#b42_15
[7] Вукић П. Митрополиjа Црногорско-Приморска на распећу историjе: са посебним освртом на раздоблье од 1941–1961. С. 31.
[8] Там же.
[9] Там же. С. 31–33.
[10] Там же. С. 34.
[11] Там же.
[12] Џомиħ В. Голгота митрополита Црногорско-приморског Jоаникиjа (1941–1945). Цетиње: Светигора, 1996. C. 79.
[13] Там же. C. 80.
[14] Там же. С. 84.
[15] Извештаj митрополита Светом Архиjереjском Синоду СПЦ. М.бр. 141/02.02.1944 г. // Там же. С. 289.
[16] Вукић П. Митрополиjа Црногорско-Приморска на распећу историjе. Цетиње, 2002. С. 28.